Вестник

Ассоциации практикующих

психологов и психотерапевтов

 Выпуск 1,

Посвященный конференции по гештальт-терапии

Н.Новгород

октябрь 1997

Камин Андрей Александрович

Образование - высшее медицинское, специализации по психиатрии (Нижегородская Медицинская Академия), психиатрии и психотерапии (медицинский колледж Корнельского Университета), психотерапии с основами психоанализа (Рязанский Медицинский Институт), трансакционному анализу (Международная Ассоциация Трансакционного Анализа), гештальт-терапии, психодраме, арт-терапии и работе с детьми и взрослыми (Московский Гештальт-Институт), творческим методам в работе с детьми и подростками (Московский институт гештальта и психодрамы),

Сам я обозначаю круг моих профессиональных интересов, как взаимоотношения между родителями и детьми в самом широком смысле этого слова, в том числе “психологическая проблема или симптом как патология научения и воспитания” отношения с “авторитетами”, “внутренним ребенком” и “глубинным материалом (творчество, сновидения, измененные состояния сознания)”.

В своей работе я использую многие психотерапевтические техники. При быстрой (несколько дней) терапии, применяемой в острых случаях и при симптоматическом лечении: нейролингвистическое программирование и аутотренинг, с основами саморегуляции. Применяю я и психологическое консультирование, если сам клиент оценивает свою проблему, как душевную и не болезненную При более продолжительном ведении (свыше 5 сессий), я начинаю использовать трансакционный анализ и гештальт-терапия и их сочетания, такие как редисижн - терапия (терапия повторным принятием решения), а также арт-терапию и ролевой тренинг при работе с детьми и подростками. Как правило, в этом случае, речь идет о длительном расстройстве невротического круга (невротические состояния). В случае личностной проблематики , когда необходима трансформация самих основ личности, (свыше двадцати сессий) к перечисленным методам добавляются элементы психодинамической (психоаналитической) терапии и аналитической (глубинной) психологии.

Я провожу и планирую проведение вновь, самостоятельно и

совместно с коллегами, групп “Тренинг родительской эффективности”, “Коммуникативно-ролевой тренинг для подростков”, ”Психодинамическая группа (повторяющиеся проблемы отношений)”, ”Группа по работе со сновидениями, измененными состояниями сознания и иррациональными событиями” и “Арт-терапия для детей”, совместная группа “ для детей и родителей”.

А так А. Камин представляет себя в виде “государства Россия”

ВЫДЕРЖКА ИЗ ДОКЛАДА НА 1^Й ГЕШТАЛЬТ–КОНФЕРЕНЦИИ

"Работа со сновидением, или реальными событиями, как

сновидениями, ставит своей целью придать рефлективный

характер декларативной лишенной раздумий беседе...

(Berry 1982)" цит. по Дж.Хиллман "Архитипическая психология"

Первое групповое занятие я посвящал знакомству, как самих участников друг с другом так и с материалом. В основном беседа касалась традиционных методов работы со сновидением, семантической сети (имеется в виду структура объект–связь–объект). В этом ключе я предлагал поработать с чьим-нибудь сном (использовался один из интегративных сонников и разделение ролей). На втором занятии я рассказал о психоаналитическом подходе в его ортодоксальной разновидности. Затем мы работали со свободными ассоциациями и в этой технике со сном. На третьем обсуждался юнгианский подход и архетипы структуры личности, работали с направленным ассоциированием и активным воображением. На четвертом я предлагал гештальт-эксперимент по ассимиляции проекций и работа со сном в технике двух стульев. На пятом была ролевая игра с переходом к психодраме сна. На последнем занятии я ,надо признать, довольно безуспешно пытался побеседовать о коммуникативном содержании предъявления того или иного сна на группе и насколько это соотносится с различными внешними проблемами клиента. Я имею в виду прежде всего проблемы отношений или, говоря языком гештальт-теории, проблемы контакта.

В работе группы я столкнулся с рядом проблем. Очень сильное сопротивление клиентов вызывает использование техники свободного ассоциирования. Причем это происходило, не как результат самой работы, а скорее следствие ее ассимиляции. Уже после второй сессии клиенты подходили ко мне и говорили о невозможности продолжения работы в группе. Одна из них говорила: “Это невыносимо унижает!” Другой чувствовал, как “становится, выслушивая все это грязным”. Хотя другие находили ее полезной для себя. Правда, в этом случае речь идет о клиентах, с которыми у меня достаточно доверительные отношения. Поразмыслив, вспомнив добрым словом дедушку Перлза называвшего это “свободным диссоциированием”, я решил отказаться от нее. Видимо она непригодна для работы в группе или я не могу с ней работать. Пока я предполагаю использовать юнговскую технику направленного ассоциирования. Другой проблемой является для меня завершение группы. Юнгианцы рекомендуют использовать для этого ритуалы – некие символические действия. Но такой путь вызывает у меня сомнения. Я предполагаю использовать психодраматические техники, например работа с “источником сновидений”. Также я думаю о применении творческих методов поиска места сна во внешнем и внутреннем мире.